Перейти к контенту

В архиве

Эта тема в настоящий момент находится в архиве и закрыта для публикации сообщений.

Масик12345

Персидские сказки

Рекомендуемые сообщения

Вы читали в детстве "Таис Афинскую" Ефремова?

Тогда вы меня понимаете)))

Несмотря на тяжеловесный и слегка занудливый стиль,я перечитывала Таис много раз и таинственный прекрасный Персеполис родился неким образом во мне.

Могла ли я предполагать,что,спустя пару-тройку десятилетий, я ступлю на эту древнюю землю и пройдусь по разрушенным тронным залам,загляну в сокровищницу и гарем, поглажу шероховатые головы грифонов? Нет,это стало для меня ожившей сказкой)))

Я выложу немного фотографий,потом дополню,так как мне обещали скинуть еще один диск.

Итак,начинаем)))

«Александр понесся к самому ненавистному городу Азии, как он назвал Персеполис.

Лошади, будто предчувствуя близкий конец пути, приободрились и резво побежали по дороге, спускавшейся в густой лес. Толщина древних дубов указывала, что лес исстари был заповедным, защищая равнину Персеполиса от северных ветров. Дальше пошли возделанные поля, заботливо орошенные горными ручьями. Мирные земледельцы, скорее всего, рабы царских хозяйств, вспахивали землю на могучих черных быках огромного размера, апатичных и медлительных, с рогами, загнутыми внутрь. Македонцы уже познакомились с этими животными, их необыкновенно жирным молоком и вкусным мясом. Далеко впереди на плоской равнине как бы плавали над землей белые дворцы Персеполиса. Даже с большого расстояния нестерпимо сверкали на солнце их крыши из чистого серебра.

Пехотинцы и лучники перешли на бег, из последних сил стараясь не отстать от конницы. Войско развернулось широким фронтом. Разбившись на маленькие отряды, македонцы пробирались среди садов, оросительных канав и бедных домов городской окраины. Жители с ужасом и криками прятались где попало, ворота запирались или оставались распахнутыми. Александр знал, что его план внезапного захвата Персеполиса удался. Никто не подозревал о спешном подходе крупных македонских сил. Поэтому он не построил плана сражения и боевого порядка, предоставив инициативу начальникам отрядов и даже сотникам. Сам он с наиболее выносливыми гетайрами и тессалийцами поскакал к сокровищнице, прежде чем ее хранители могли что-либо предпринять для сокрытия серебра, золота, драгоценных камней, пурпурной краски и благовоний.

Пока в вишневых и персиковых садах пехотинцы вступали в бой с наскоро сбежавшимися воинами слабой персидской охраны города, покрытые грязью от пота и пыли всадники ринулись к стоявшим на высоких платформах дворцам.

Легкие, белые, покрытые тонкими бороздками колонны по сорок локтей высоты стояли целым лесом, скрывая таинственное обиталище персидских владык. В северном углу дворцовой платформы лестница, ведшая в ворота Ксеркса, защищалась лучниками и отрядом избранной царской охраны «Бессмертных» в сверкающей позолотой броне. Большая часть этих храбрых воинов погибла при Гавгамеле, часть ушла с Дарием на север. Оставшиеся в Персеполисе смогли оказать лишь короткое сопротивление бешеному напору отборнейшей македонской конницы. Не успели опомниться дворцовые служители, как копыта коней затопали, проскочив незапертые ворота Ксеркса с их огромными изваяниями крылатых быков. Яростные кони влетели на огромную северную лестницу, ведшую с плит платформы через портик из 12 круглых колонн в ападану - Залу Приемов, квадратное помещение в 200 локтей по каждой стене, высокая крыша которого была подперта массивными квадратными колоннами, стоявшими правильными рядами по всей зале, как и во всех других гигантских залах персепольских дворцов.

Спешившись, Александр остался в прохладной ападане, в то время как Птолемей, Гефестион, Филотас разбежались во главе своих воинов по залам в поисках сокровищницы, разгоняя во все стороны перепуганных мужчин и женщин дворцовой прислуги. Они достигли отдельно стоявшей в восточной части дворца сокровищницы через тройной пилон и южный фасад, обращенный к равнине. Там, в залах «Ста колонн», «Девяноста девяти колонн» и запутанных коридорах восточного угла дворцовой платформы, размещалась знаменитая газафилакия [сокровищница]. Последний короткий бой македонцы выдержали в узком проходе между сокровищницей и южным дворцом. Герой сражения в Персидских Воротах Кратер в это время успел захватить помещения для стражи, расположенные рядом с сокровищницей за Тронным Стаколонным залом. Через несколько минут царские казначеи в ападане на коленях протягивали Александру хитроумные ключи, с помощью которых отпирались двери комнат с казной. Опечатанные, с надежной охраной, они перешли во владение великого полководца.

Вымотанные до предела, македонцы повалились отдыхать тут же, в залах дворцов, поручив лошадей дворцовой прислуге. Воины не имели сил даже для грабежа. Александр не хотел трогать местных жителей, по примеру Сузы, хотя Персеполис не сдался и не выслал заранее парламентеров. Оправданием служило внезапное появление македонцев, ворвавшихся в город, когда решать что-либо было уже поздно.

И афинянка [Таис] подолгу бродила с ними по огромным залам дворцов, лестницам и порталам, удивляясь тому, как мало истерты ступени, сточены острые ребра дверных и оконных проемов квадратных колонн. Дворцы Персеполиса, огромные залы приемов и тронных собраний посещались малым числом людей и выглядели совсем новыми, хотя самые ранние дворцовые постройки возведены были почти два века назад. Здесь, у подножия гор Милости, владыки Персии построили особенный город. Не для служения богам, не для славы своей страны, но единственно для возвеличения самих себя.

Гигантские крылатые быки с человеческими лицами, с круглыми, выпирающими, как у детей, щеками считались портретами пышущих здоровьем и силой царей. Великолепные барельефы львов, поставленные у основания северной лестницы, прославляли мужество царей-охотников. Кроме крылатых богов и львов, барельефы изображали только вереницы идущих мелкими шажками воинов в длинных неудобных одеждах; пленников, данников, иногда с колесницами и верблюдами, однообразной чередой тянувшихся на поклонение

восседавшему на троне «царю царей». Таис пробовала пересчитать фигуры с одной стороны лестницы, дошла до ста пятидесяти и бросила. В гигантских дворцовых помещениях поражал переизбыток колонн: по пятьдесят, девяносто и сто в тронных залах - подобие леса, в котором люди блуждали, теряя направление. Было ли это сделано нарочно или от неумения иным способом подпереть крышу, Таис не знала. Ей, дочери Эллады, привыкшей к обилию света, простору храмов и общественных зданий Афин, казалось, что залы для приемов выглядели бы куда величественнее, не будь они так загромождены колоннадой. Тяжелые каменные столбы в храмах Египта служили иной цели, создавая атмосферу тайны, полумрака и отрешенности от мира, чего нельзя было сказать про белые, в сорок локтей высоты, дворцы Персеполиса.

Персеполис не был городом в том смысле, какой вкладывали в это слово эллины, македонцы, финикийцы. Не был он и местонахождением святилищ, подобных Дельфам, Эфесу или Гиераполю. Персеполис создавался как место, где владыки Ахеменидской державы вершили государственные дела и принимали почести. Оттого вокруг платформ белых дворцов стояли лишь дома царедворцев и помещения для приезжих, опоясанные с южной стороны широким полукольцом хижин ремесленников, садовников и прочей рабской прислуги, а с севера - конюшнями и фруктовыми садами. Странный город, великолепный и беззащитный, надменный и ослепительный, вначале покинутый персидской знатью и богачами, быстро заполнялся народом. Любопытные, искатели счастья, остатки наемных войск, посланники дальних стран юга и востока съезжались невесть откуда, желая лицезреть великого и божественного победителя, молодого, прекрасного, как эллинский бог, Александра.

Таис прошла насквозь привратную постройку с четырьмя колоннами и тремя входами по 25 локтей высоты, минуя выход направо, к ападане и дворцам Дария. Она направилась по дорожке снаружи стены, к северо-восточной части платформы, где располагались Ксерксовы дворцы и сокровищница. Здесь она не боялась, что на ее чистейший белый наряд попадет копоть от огромных пылающих чаш. Ночь выдалась тихая, клубы черного дыма взвивались вертикально, и сажа не летела по сторонам.

Широкий портик с шестнадцатью тонкими колоннами также освещался чашами. Тут горел бараний жир, не дававший ни запаха, ни копоти и употреблявшийся персами для светильников во внутренних помещениях.

Таис вошла в мягкий полусвет гигантского зала и остановилась у одной из ста колонн, которые, несмотря на пропорциональную стройность, теснились в зале, как пальмовые стволы в роще. Западный угол зала, ярко освещенный и уставленный столами, заполняла шумная толпа слуг и музыкантов, из-за которых Таис не сразу увидела пирующих. Группа девушек-флейтисток расположилась между колоннами. Другие музыканты устроились в конце линии столов, у крайнего ряда колонн, за которыми виднелись колыхаемые

сквозняком тяжелые занавеси на высоких трехстворчатых окнах. Таис глубоко вздохнула и, подняв голову, вышла на свет множества лампионов и факелов, прикрепленных к стенам. Приветственные крики и хлопанье в ладони взорвались бурей, когда хмельные сподвижники Александра увидели ее. Она стояла неподвижно несколько минут, как бы предлагая всем полюбоваться собою без надменного величия, всегда требующего унижения и умаления другого человека. Таис предстала перед пирующими с великолепным чувством внутреннего покоя и достоинства, которое дает возможность не бояться хулы и не преодолевать смущение заносчивостью.

Шум стих, сильно опьяневших утихомирили соседи. Таис взяла у музыканта семиструнную китару с колокольчиками и запела ударным гекзаметром старинный гимн о персидской войне, о сожженных Афинах и боевой клятве не служить ничему, кроме войны, пока последний перс не будет выброшен в море. Яростную мелодию Таис пропела с таким диким темпераментом, что многие повскакали с мест, отбивая ногами такт и раскалывая о колонны ценные чаши. Вскоре весь зал загремел боевым напевом.

Сам Александр встал с трона, чтобы принять участие в песне. С последним призывом всегда помнить злобу врагов и особенно сатрапа Мардония Таис швырнула китару музыкантам и села, прикрыв лицо руками. Александр поднял ее за локоть вровень со своим лицом. Целуя, он сказал, обращаясь к гостям:

- Какую награду присудим прекрасной Таис?

Перебивая друг друга, военачальники стали предлагать разные дары, от чаши с золотом до боевого слона. Таис подняла руку и громко обратилась к Александру:

- Ты знаешь, я никогда не прошу наград и подарков. Но если тебе хочется, разреши сказать речь и не гневайся, если она тебе не понравится.

- Речь! Речь! Таис, речь! - дружно заорали воины.

Александр весело кивнул, выпил неразбавленного вина и снова опустился на трон. Леонтиск и Гефестион расчистили место на столе, но Таис отказалась.

- Человек не должен становиться ногами туда, где он ест. Это привычка варваров! Дайте мне скамью!

Услужливые руки мигом поставили тяжелую скамейку, отделанную слоновой костью. Таис вскочила на нее, похлопала в ладоши, призывая к вниманию. Она могла бы и не делать этого. Все глаза были прикованы к ней.

Гетера начала со слов благодарности Александру за приглашение, Птолемею и Леонтиску за помощь в странствовании и за чудесного коня. Этот конь дал ей возможность не только проехать десять тысяч стадий через страны Сирии и Финикии до Вавилона, но и единственной из эллинских женщин совершить поход в пять тысяч стадий до Персеполиса.

- Этот город, - продолжала Таис, - сердце и душа Персии. К моему великому удивлению, кроме сокровищ и роскошных дворцов, здесь нет ни храмов, ни собрания ученых и философов, ни театров, ни гимнасионов. Не созданы статуи и не написаны картины, прославляющие красоту и подвиги богов в образе людей и божественных героев. Кроме надменных толстомордых быков-царей, принимающих дары, и процессий раболепствующих и пленных, здесь нет ничего. Чащи колонн по сорок локтей на платформе в тридцать локтей высоты - все это лишь для того, чтобы возвысить владык унижением подданных. Ради этого здесь трудились искалеченные эллины, ионийцы, македонцы и фракийцы, толпу которых мы встретили? Ради этого Ксеркс со своим злым сатрапом принес кровь и смерть в Элладу, дважды сжигал мои родные Афины, увел в плен тысячи и тысячи искусных мастеров нашей страны?

Я здесь одна с вами, герои-победители, повергшие в прах могущество недобрых владык. Я служу богине красоты и знаю, что нет хуже преступления, чем поднять руку на созданное человеком прекрасное. Но, если это служит злой власти? Тогда оно всего лишь обман, ибо нет красоты без добра и света!

Таис простерла вперед руки, как бы спрашивая весь зал. Воины одобрительно и грозно загудели. Гетера вдруг выпрямилась, как спущенная тетива.

- Завтра вы уходите на север, оставляя в неприкосновенности обиталище сокрушенной вами деспотии! Неужели я одна ношу в своем сердце пожарище Афин? А мучения пленных эллинов, длившиеся до сих пор, слезы матерей, хотя бы это и было восемьдесят лет назад?! Неужели божественный Александр нашел удовольствие усесться на троне разорителя Эллады, будто слуга, забравшийся в покои господина?

Голос афинянки, высокий и звенящий, хлестнул словами, как бичом. Александр вскочил будто ужаленный. Люди оцепенели.

Александр молчал, глядя на Таис, склонившую голову, как в ожидании удара.

- Что же ты хочешь, афинянка? - спросил царь таким львиным рыком, что закаленные воины вздрогнули.

Вся напрягшись в волевом усилии, Таис поняла великую власть полководца над людьми, магическую силу его голоса, подчинявшего громадные толпы людей.

Таис подняла на Александра огромные горящие глаза и протянула руку.

- Огня! - звонко крикнула она на весь зал.

Александр обхватил ее за талию, сорвал со скамьи и подвел к стене.

- Возьми! - он снял факел и подал гетере, сам взял второй.

Таис отстранилась в почтительном поклоне. - Не мне первой! Начать приличествует тому, чей божественный разум и сила привели нас сюда!

Александр повернулся и повел вдоль стен Таис за руку. Два факела мгновенно подожгли занавеси на окнах, подвески и шнуры, легкие деревянные переплеты для цветов.

Безумие разрушения охватило сподвижников Александра. С воплями восторга и боевыми кликами воины хватали факелы и разбегались по дворцам, поджигая все, разбивая лампионы, опрокидывая чаши с горящим жиром и маслом.

Через несколько минут зал Ксеркса, пустая сокровищница и помещения охраны были в огне. Подожгли и ападану, откуда огонь перекинулся (или был перенесен) на жилые дворцы Дария и Ксеркса в юго-западном углу платформы.

Оставаться на ней дольше не было возможности. Александр, не отпуская руки Таис, сбежал по северной лестнице на городскую площадь. Здесь, окруженный военачальниками, он стоял, зачарованно глядя на титаническое пламя, взвивающееся в почерневшее небо. Балки крыш и потолков, простоявшие столетия на сухой жаре, вспыхивали, как облитые горючим маслом. Серебряные листы кровли плавились, низвергаясь ручьями жидкого металла на лестницы и плиты платформы, и, застывая, летели звонкими раскаленными лепешками в пыль городской площади. Пламя ревело и свистело, перекрывая вопли жителей, столпившихся у края площади, боясь приблизиться.

Звездное небо, казалось, потухло. Никто никогда не видел более черной ночи, окружавшей слепящий жар исполинского костра. Люди взирали на пожар с суеверным ужасом, будто не руки Александра и маленькой афинянки сделали это, а силы подземного мира и ввергнутых туда титанов вырвались на поверхность Геи. Жители города попадали на колени в предчувствии большой беды. И действительно, ни Александр, ни его военачальники не стали сдерживать воинов, для которых пожар послужил сигналом к грабежу. Толпа ошеломленных горожан стала разбегаться, надеясь спасти имущество от распалившихся македонцев.

С раздирающим уши треском одна за другой стали проваливаться перекрытия, выбрасывая вихрящиеся столбы искр.

Александр вздрогнул и, очнувшись, выпустил руку Таис, онемевшую в крепкой ладони царя.»

post-15790-1242373541_thumb.jpg

post-15790-1242373571_thumb.jpg

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Прямо перед нами – парадный вход в Персеполь – Ворота Ксеркса (они же – Ворота Всех Народов), правее – открытое пространство, ведущее к Ападане. Мы войдем в Ворота, точнее в то, что от них сохранилось – две стены с остатками тех самых гигантских быков, так не понравившихся Таис Афинской, за которыми небольшое квадратное пространство с четырьмя колоннами – так сказать – «прихожая» – пропилеи Ксеркса, ну, а за ними – опять две стены с крылатыми ассирийских царями-быками, которых в Иране традиционно называют «Гупат-шах» и трактуют как хранителей домашнего скота (скотоводству в зороастризме уделяется много внимания). Скульптуры неплохо сохранились и, поскольку являются одними из главных символов всей Персии, пользуются огромной популярностью у туристов, которых в воротах толчется видимо-невидимо, начиная с самого утра и до позднего вечера. Каждый считает своим долгом запечатлеть себя и свою компанию на фоне этой реликвии. Иногда даже образуются очереди.

Многие побывавшие здесь за тысячелетия «туристы» оставили на стенах надписи типа «Киса и Ося были здесь», которые, однако, теперь уже тоже являются частью истории. А вот знаменитая надпись от лица Ксеркса, высеченная над каждым из «быков-монстров» на трех языках - персидском, вавилонском и эламитском, различима достаточно плохо. Но текст ее известен: «Так сказал Ксеркс, царь: Милостью Ахура-Мазды я построил эти ворота Всех Народов». Вообще, стоит упомянуть, что расчисткой террасы (448 на 297 метров) под дворцовый комплекс занялся еще Кир Великий (примерно в 560 году до н.э.), а сам Персеполь в районе впадения небольшой речушки Пулвар в реку Кур начал строить в 518 году до н.э. Дарий Великий (не тот, что проиграл Александру Македонскому, у того был номер III, а у Великого – номер I), а продолжили в течении 150 лет его наследники, в первую очередь сын Ксеркс I. Дарий созвал (если не сказать – согнал) архитекторов и ремесленников со всех уголков своей империи, простиравшейся от Ливии и Египта до Индии, от Дуная до Инда, от Кавказских гор до Азиатских степей и от Аральского моря до Персидского залива и в результате вся эта пестрая смесь народных традиций отразилась и на самом Персеполе.

Причем Персеполь – это вовсе ни «Город Персов» – такое имя дали ему греки, поскольку полагали, что он является столицей империи, нет – Персеполь – это всего-навсего дворец (хотя считается, что он был защищен тройной системой укреплений, в том числе проходивших по гребню горы линией стен и башен), построенный с единственной целью – в нем царям в дни весеннего равноденствия (21-22 марта) полагалось праздновать Новый Год – Навруз и сами персы тогда называли его просто Парса – по имени окрестных земель (в наши дни его называют «Тахт-е Джамшид» – «Трон Дждамшида» – мифического первого царя персов). Для официальных приемов была выстроена Ападана, для того, что бы царям было где коротать дни празднеств – частные покои (известные нам под названиями «Дворец Дария», «Дворец Ксеркса», «Дворец Артаксеркса I», «Дворец Артаксеркса III»), ну а подарки, полученные от послов «всех народов», складывались как раз в разоренную Александром Македонским сокровищницу. Еще был гарем, тронный зал, ну в общем все, что могло понадобится царям во время Навруза. В остальное время цари пребывали в других своих резиденциях, которых по всей стране насчитывалось 113, а самыми главными считались четыре - Сузы, Пасаргады, Эктабаны и Персеполь (полагают, что он перенял при Дарии Великом основные столичные функции от Пасаргад).

post-15790-1242374135_thumb.jpg

post-15790-1242374154_thumb.jpg

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Всегда,вне зависимости от времени года,над Персеполисом удивительное чистое небо.

Умели древние выбирать места для своих столиц)))))))

post-15790-1242374709_thumb.jpg

post-15790-1242374720_thumb.jpg

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Остальное после обеда)))))))))

Ну вот))), а я только начала засыпать)))))))))))))))))), шучу... Масик, очень интересно, все так подробно... Таис..., ты у нас мега рассказчица!!!

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Остальное после обеда)))))))))

Ну вот))), а я только начала засыпать)))))))))))))))))), шучу... Масик, очень интересно, все так подробно... Таис..., ты у нас мега рассказчица!!!

Это не я-это Ефремов))) Я из него кусочков надергала и закавычила))))

post-15790-1242375495_thumb.jpg

post-15790-1242375509_thumb.jpg

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Остальное после обеда)))))))))

Ну вот))), а я только начала засыпать)))))))))))))))))), шучу... Масик, очень интересно, все так подробно... Таис..., ты у нас мега рассказчица!!!

Это не я-это Ефремов))) Я из него кусочков надергала и закавычила))))

))))))))))) Пост номер 3. это тоже Ефремов)))

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Остальное после обеда)))))))))

Ну вот))), а я только начала засыпать)))))))))))))))))), шучу... Масик, очень интересно, все так подробно... Таис..., ты у нас мега рассказчица!!!

Это не я-это Ефремов))) Я из него кусочков надергала и закавычила))))

))))))))))) Пост номер 3. это тоже Ефремов)))

История Древнего мира)))))))))))))

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах










×
×
  • Создать...