Перейти к контенту

В архиве

Эта тема в настоящий момент находится в архиве и закрыта для публикации сообщений.

Valentina2013

Расстояние от границ участка до дома

Рекомендуемые сообщения

Ребята, уточните пожалуйста. Я смотрела СПИПы и вот формулировка “Жилой дом располагают с отступом не менее 5 м от красной линии дороги и не менее 3 м от жилых улиц. Красной линией в градостроительстве называют условную границу, отделяющую проезжую часть улицы, проезда, магистрали, площади от территории застройки.” Внутрипоселковые улицы считаются жилыми?

Красная линия в поселке – это расстояние от центрального шоссе? Или расстояние от проезжей части (т.е. текущие плиты/асфальта в дальнейшем) до дома? А ведь между границей плиты и участном есть еще зазор…

На каком расстоянии все таки можно расположить дом?

и вопрос 2. Если у дома есть терраса с навесом и она строиться сразу с домом на едином фундаменте, но что будет являтся границей дома: стены дома, балки террасы, фундамент?

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

вроде действующий

Строительные нормы и правила РФ СНиП 30-02-97*

"Планировка и застройка территорий садоводческих (дачных) объединений граждан, здания и сооружения"

(утв. постановлением Госстроя РФ от 10 сентября 1997 г. N 18-51)

"6 Планировка и застройка садовых (дачных) участков

6.1* Площадь индивидуального садового (дачного) участка принимается не менее 0,06 га.

6.2* Индивидуальные садовые (дачные) участки, как правило, должны быть огорожены. Ограждения с целью минимального затенения территории соседних участков должны быть сетчатые или решетчатые высотой 1,5 м. Допускается по решению общего собрания членов садоводческого (дачного) объединения устройство глухих ограждений со стороны улиц и проездов.

6.3* На садовом (дачном) участке следует предусматривать устройство компостной площадки, ямы или ящика, а при отсутствии канализации - и уборной.

6.4* На садовом (дачном) участке могут возводиться жилое строение (или дом), хозяйственные постройки и сооружения, в том числе - постройки для содержания мелкого скота и птицы, теплицы и другие сооружения с утепленным грунтом, хозпостройка для хранения инвентаря, летняя кухня, баня (сауна), душ, навес или гараж для автомобиля.

В регионах возможно возведение типов хозяйственных построек, определенных местными традициями и условиями обустройства. Строительство указанных объектов должно осуществляться по соответствующим проектам.

6.5* Противопожарные расстояния между строениями и сооружениями в пределах одного участка не нормируются.

Противопожарные расстояния между жилыми строениями (или домами), расположенными на соседних участках, в зависимости от материала несущих и ограждающих конструкций должны быть не менее указанных в таблице 2*.

Допускается группировать и блокировать жилые строения (или дома) на двух соседних участках при однорядной застройке и на четырех соседних участках при двухрядной застройке.

При этом противопожарные расстояния между жилыми строениями (или домами) в каждой группе не нормируются, а минимальные расстояния между крайними жилыми строениями (или домами) групп принимаются по таблице 2*.

6.6* Жилое строение (или дом) должно отстоять от красной линии улиц не менее чем на 5 м, от красной линии проездов не менее чем на 3 м. При этом между домами, расположенными на противоположных сторонах проезда, должны быть учтены противопожарные расстояния, указанные в таблице 2*. Расстояние от хозяйственных построек до красных линий улиц и проездов должно быть не менее 5 м.

6.7* Минимальные расстояния до границы соседнего участка по санитарно-бытовым условиям должны быть:

от жилого строения (или дома) - 3;

от постройки для содержания мелкого скота и птицы - 4;

от других построек - 1 м;

от стволов высокорослых деревьев - 4 м, среднерослых - 2 м;

от кустарника - 1 м.

Расстояние между жилым строением (или домом) и границей соседнего участка измеряется от цоколя дома или от стены дома (при отсутствии цоколя), если элементы дома (эркер, крыльцо, навес, свес крыши и др.) выступают не более чем на 50 см от плоскости стены. Если элементы выступают более чем на 50 см, расстояние измеряется от выступающих частей или от проекции их на землю (консольный навес крыши, элементы второго этажа, расположенные на столбах и др.).

При возведении на садовом (дачном) участке хозяйственных построек, располагаемых на расстоянии 1 м от границы соседнего садового участка, следует скат крыши ориентировать на свой участок.

6.8* Минимальные расстояния между постройками по санитарно-бытовым условиям должны быть, м:

от жилого строения (или дома) и погреба до уборной и постройки для содержания мелкого скота и птицы - 12;

до душа, бани (сауны) - 8 м;

от колодца до уборной и компостного устройства - 8.

Указанные расстояния должны соблюдаться как между постройками на одном участке, так и между постройками, расположенными на смежных участках.

6.9* В случае примыкания хозяйственных построек к жилому строению (или дому) помещения для мелкого скота и птицы должны иметь изолированный наружный вход, расположенный не ближе 7 м от входа в дом.

В этих случаях расстояние до границы с соседним участком измеряется отдельно от каждого объекта блокировки, например:

дом-гараж (от дома не менее 3 м, от гаража не менее 1 м);

дом-постройка для скота и птицы (от дома не менее 3 м, от постройки для скота и птицы не менее 4 м)".

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

вроде действующий

Строительные нормы и правила РФ СНиП 30-02-97*

"Планировка и застройка территорий садоводческих (дачных) объединений граждан, здания и сооружения"

(утв. постановлением Госстроя РФ от 10 сентября 1997 г. N 18-51)

Эти нормы действуют и для застройки земель ИЖС?

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Валентина,

Чтобы не сомневаться, а главное - чтобы потом не было мучительно больно за бесцельно потраченные деньги, вам необходимо собрать пакет документов и отправить его в администрацию города (поселка) для предоставления вам градостроительного плана вашего участка. На этом плане вам отметят те самые красные линии, за которыми вам строиться запрещено. Ну а потом уже от них и будете отступать.

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Для ИЖс тоже самое.

Конечно не все соблюдают правила, но лучше по границам с соседями их соблюсти

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Sistemu_zamera_polej%28x%29.jpgSistemu_zamera_polej%28x_1%29.jpegSistemu_zamera_polej%28x_2%29.gif.jpg

Система точного вимірювання площі полів працює з використанням безкоштовного GPS сигналу. Для обміру полів необхідно один раз обійти або об'їхати ділянку по контуру. Система точно зафіксує контур і в кінці процесу напише площа і периметр. Система підійде для щоденної роботи: облік робіт, прив'язка даних про роботи до місцевості, облік виконаних робіт за день, виконання нормативів.

За допомогою системи для вимірювання площі полів, Ви можете легко перенести дані про виміряних полях на Ваш комп'ютер. В роботі система заміру полів дуже проста, і з нею легко впорається будь-який користувач. Узнать подробнее про измерения площади поля программа можно на этом сайте.

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Здравствуйте, недавно у меня был спор с соседями из-за высоты забора, они ссылались на СНИПы, я позвонила в городскую архитектуру, они мне дали ссылку на документ "Правила жилой застройки городского округа ....", я их распечатала, и там все метры от и до были прописаны по домам, заборам, красным линиям и т.д. и очень многие отличаются от СНИПов. Поинтересуйтесь в своей архитектуре или самостоятельно поищите по Вашему городу (все в инете можно найти).

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Рассказы о рыбной ловле Анатолий Онегов за крокодилами севера москва http://vash-site.ru

Свое высшее техническое образование я получил в стенах ордена Ленина Московского авиационного института имени Серго Орджоникидзе. Учился я на первом – самолетостроительном факультета, где, как говорилось в рекламном проспекте, готовили главных конструкторов, главных инженеров и других ответственных работников авиационной промышленности. По окончанию института мне был выдан диплом о присвоении квалификации инженера механика по самолетостроению. Но если быть точным, то я мои друзья, собранные в группы по специальности С-4, были выпущены из института инженерами механиками не по самолетостроению, а по ракетостроению, т.е. инженерами-ракетчиками.

Уже само по себе голубое-голубое небо, да к нему еще крылья самолета – что могло быть в то время более романтичным! А если учесть, что мы, ракетчики, имели дело с еще большими, космическими скоростями, что еще до песен о путешествиях к звездам вольно оперировали различными космическими орбитами, позволявшими выйти за пределы даже солнечной системы, то можно себе легко представить, какая голубая романтика была подарена нам, пожалуй, на всю жизнь.

И в то время мы были не одинокими в совеем неудержимом стремлении в неизведанные дали…В жаркие степи и на разведку в тайгу уходили бродяги-геологи, по Северному Ледовитому океану на своих льдинах, полярных станциях, дрейфовали отважные полярники, к шестому континенту отправлялись одна за другой антарктические экспедиции… А целина? А стройки Коммунизма. Хотя сейчас мы и замалчиваем такие действительные подвиги советских людей, но они совершались. И очень часто именно по зову сердца, а не по некой разнарядке-обязаловке отправлялись и на целину, и на стройки Севера и Сибири многие мои современники – и таких увлеченных своей работой-жизнью людей я встречал везде, где кипела, как говорилось, большая работа, делались большие дела.

О том, что не только в нашей стране вскоре после Второй мировой войны, взорвавшей было жизнь на всей нашей земле, стали поднимать голубые знамена романтики, узнавали мы прежде всего из книг. И мы чтили имя Тура Хайердала, помнили его плот «Кон-Тики» и папирусную лодку «Ра». Мы помнили имя врача Алена Бомбара, который в одиночку на спасательной лодочке, без продуктов и пресной воды, по своей собственной воле пересек Атлантический океан, чтобы доказать, что люди, потерпевшие кораблекрушение, вполне могут выжить, оказавшись среди океанской стихии…О непознанных пока тайнах Африки, о ее животном мире рассказывал нам Гржимик, своей подводной одиссеей поражал Кусто…

Но там, на Западе, романтические приключения и путешествия были несколько иными, чем у нас, в СССР. У нас было место главным образом коллективному подвигу, а там человек утверждался в себе, доказывал и побеждал свою правоту чаще всего один на один на один со стихией. И это особенно привлекало меня. О так называемых экстремальных ситуациях, в которые может попасть человек, у нас стали громко говорить сравнительно недавно, когда подобные экстремальные ситуации стали специально создавать как шоу, развлечение и испытывать здесь кого-то чаще всего за деньги. А там, в те не очень уж далеки от нас времена те же Бомбар, Хайердал, Кусто совершали свои подвиги, подвергали себя риску вовсе не в рамках какого-то шоу – они были замечательными исследователями, их риск был оправдан, целесообразен. Вот почему всех этих удивительных людей помним мы до сих пор. И им хотелось подражать.

Найти цель путешествия и мне было не очень трудно, но в то время не могло быть и речи, например, о кругосветном путешествии какого-то там одиночки, никто не позволил бы тебе отправиться путешествовать пешком или на том же велосипеде даже по самым ближним странам. Да и в своей собственной стране любое свое географическое перемещение ты мог планировать не далее как на два-три месяца – тогда действовал закон о тунеядстве, по которому человек, оставивший свою работу (на заводе, в учреждении), мог находиться в т.н. свободном плавании не более шестидесяти дней, а дальше он, как потенциальный тунеядец, уклоняющийся от общественно-полезного труда, получал предупреждение, а еще через тридцать дней, если за это время не успевал трудоустроиться, предавался суду и по решению суда года на два этапировался в Магадан… Ленинградским тунеядцам тут везло больше: в Магадан этапировались только москвичи, пожелавшие заняться бродяжничество, а жители северной столицы отправлялись в архангельскую область, как раз в те места, которые я тогда и намечал для своих путешествий. Словом, личная инициатива ни в каких романтических делах выскочек-одиночек у нас в то время не поощрялась – хочешь путешествовать, отправляйся путешествовать с геологами, с топографами, а в одиночку, да еще на длительный строк – ни-ни!

Вот во время такого социального прессинга и обнаружил я в себе неудержимую страсть к поиску неизведанного, страсть с путешествиям и, разумеется, не желая принудительно переселяться в Магадан, принялся искать то или иное прикрытие для своих рискованных планов…

Наверное, кто-то из моих читателей помнит повесть К.Г. Паустовского «Кара-Бугаз». Это увлекательный рассказ о путешествии автора к берегам Каспия, о зловещем заливе Каспийского моря, который, как пасть дракона, втягивает в себя морскую воду, чтобы здесь она испарялась под жгучим солнцем и оставляла после себя все новые и новые массы морской соли. Задумав рассказать нам о Кара-Бугазе, будущий классик нашей литературы, несравненный певец родной природы, писатель-лирик, принялся искать хоть какие-нибудь средства, необходимые для путешествия и, конечно, прежде всего постучался в дверь руководителя одного крупного уже в то время московского издательства и, как мог, подробно поведал ему о целях своего путешествия. Но руководитель издательства из всего того, о чем рассказал ему будущий К.Г. Паустовский, обратил внимание только на одну известную, видимо, ему и до этого деталь – на морскую соль, на так называемую глауберову соль, известную медицине и продающуюся в аптеках в качества слабительного, помогающего при хронических запорах. И опустив все, о чем еще говорил будущий автор «Кара-Бугаза»: и удивительную географию восточного Каспия, и неисчерпаемые запасы очень ценного сырья для будущей химической промышленности,- руководитель издательства грозно надвинулся на просителя и произнес примерно следующее: «Не выйдет! И как вы могли выпрашивать государственные деньги для описания слабительной соли!»..Словом денег на «Кара-Бугаз» издатель так и не дал.

Я хорошо помнил эту историю, а потому и не собирался ни у кого просить денег на свое путешествие. Мне нужна была всего-навсего бумага, охранный документ от какого-нибудь органа печати, который и не позволил бы обвинять меня в бродяжничестве и тунеядстве…Кстати, бродяжничество – это еще одна статья тогдашнего уголовного кодекса, под которую меня, путешественника-индивидуалиста, не прикрытого никаким документом, мог подвести в перспективе любой прокурор.

Но с чем, с какой идеей стучаться в двери редакции. Ведь я не собирался совершать географические открытия, не планировал рекордные переходы, например, пешком по Северному Полярному кругу – я хотел всего-навсего отыскать свой собственный «Край непуганых птиц» на подобие того, который когда-то встретил в своем путешествии М.М. Пришвин, или же открыть для себя, а возможно, и для потенциальных читателей свою собственную «Мещерскую сторону», которую когда-то открыл для всех нас К.Г. Паустовский.

Но такая идея путешествия казалась не слишком убедительной для нашей тогдашней массовой печати, и я принялся конкретизировать цель своего будущего похода. И тут на помощь мне пришел один из номеров альманаха «Рыболов – спортсмен», в котором я встретил рассказ о посещении автором таежного озера, затерявшегося на бескрайних просторах Архангельской земли. Тут, в этом озере автор-рыболов и встретил таких щук, которые, попавшись на крючок, таскали за собой по озеру рыбацкий плот, сложенный из еловых стволов. Нет, это были уже не щуки, знакомые многим из нас, а настоящие «крокодилы Севера»… «Крокодилы Севера!». «За крокодилами Севера»! – вот такой флаг и появился у моего будущего путешествия…А что – совсем не плохо для той же журнальной публикации.

Вот с этими «Крокодилами Севера» я и предстал перед ответственным секретарем уважаемого журнала «Вокруг света». А для пущей убедительности, что подобное мероприятие может быть вполне интересным и отчет о нем обязательно найдет своих читателей, я прихватил с собой в редакцию журнала и недавно приобретенную книгу-альбом европейского автора Славы Штокля, посвященный ловле форели в горных речках Европы. Этот самый Слава Штокль, видимо, постоянно жил где-то на берегу форелевой реки, ловил рыбу и фотографировал все, что сопровождало его рыбную ловлю. Так вот, если некий Слава Штокль может интересовать наших граждан рассказами и фотографиями о ловле форели, то почему бы и советскому автору не попробовать занять читателя видами нетронутой северной природы и описанием схватки с «крокодилом Севера»…

Милый человек, ответственный секретарь журнала «Вокруг Света», с которым мы стали хорошими друзьями после моего возвращения из тайги, внимательно выслушал меня, без особого интереса полистал книгу-альбом о ловле форели и посоветовал мне отправиться путешествовать не по таежным дебрям, а по грандиозным северным стройкам и принести в журнал не бесцельные с точки зрения сегодняшней жизни виды и описания нетронутой тайги, а новые современные пейзажи, украшенные высоченными трубами тех же целлюлозно-бумажных комбинатов… Словом, у меня, как когда-то у К.Г. Паустовского, задумавшего свой «Кара-Бугаз», тут тоже ничего не получилось. И это меня вдохновило - значит, я на правильном пути.

Уж как прикрывал я доставшуюся мне социальную ущербность во время своего двухлетнего странствия, здесь умолчу, но только это странствие-путешествие все-таки состоялось в намеченные сроки, и теперь можно, наверное, сказать, что цели своей я вроде бы достиг: я отыскал свой «Край непуганых птиц», а там и постарался открыть для читателей свою собственную «Мещерскую сторону».

Конечно, «Крокодилы Севера» не были для меня самоцелью, но свое путешествие я совершал со спиннингом, удочками и ружьем, а потому и ждали меня медведи и впереди, и волки, и конечно, удивительные, как теперь говорят, трофейные щуки, о встрече с которыми я собираюсь здесь вам рассказать…

Но сразу оговорюсь: я далеко не сторонник никаких трофейных охот. Здесь во мне говорит и человек-рыболов, для которого его любимое занятие, рыбная ловля, это не размер улова, а прежде всего особое состояние, возможность откровенного общения с миром воды. Уж о каких еще трофеях может идти здесь речь! Противником любых трофейных охот за зверем, за рыбой делают меня и конкретные знания жизни природы: знания, доставшиеся мне в стенах Биолого-почвенного факультета Московского университета имени М.В. Ломоносова, где, уже будучи инженером, познавал основы науки о природе, и знания природы, которыми наградила меня северная тайга, где я был далеко не сторонним наблюдателем, а промысловым охотником и рыбаком.

Проверьте себя: восторг, восхищение возникают у нас встречи в природе прежде всего с выдающимися экземплярами зверей, птиц, рыб, деревьев, трав - вот, мол, какова природная сила! Но выдающиеся экземпляры для живой природы – это не только ее выставка достижений. В природе все для чего-то функционально крайне необходимо. И если мы еще не до конца понимаем роль в природе ее выдающихся экземпляров и стремимся добыть для себя, изъять из природы, именно их, то это еще не значит, что эти выдающиеся экземпляры самой природе уже не нужны, что она может без них вообще обойтись.

Я мог бы привести много примеров, подтверждающих право природы протестовать против т.н. трофейной охоты, охоты к тому же очень дорогой, доступной обычно только «денежным мешкам», которым, как правило, нет никакого дела до того же озера, до той же тайги…Но сейчас не буду этого делать, а только попрошу вас помнить, что мои встречи с удивительными щуками, которых я вправе был называть «Крокодилами Севера», никогда, как правило, специально не планировались, по большей части были случайными, как бывает случайной встреча старательного рыбака с доставшейся вдруг ему золотой рыбкой… А именно в качестве рыбака–промысловика и пребывал я в течение двух лет в Каргопольской тайге – это была вынужденная необходимость для человека, не имевшего пока иных средств к существованию.

Вернувшись в Москву после своего путешествия, я, как правило, скрывал координаты тех мест, где выпало мне встретить свой «Край непуганых птиц» - народ в то время в нашей стране был достаточно подвижным, и я основательно опасался, что кто-то, познакомившись с моими рассказами, тут же, как говорится, двинет в святые для меня места и. ворвавшись туда, будет не очень задумываться о том, чтобы эти места сохранить для других.

Опасения эти были не напрасными, ибо не раз я сам встречал таких стрелков-охотников, которые пытались попасть в мой «Медвежий край» с одной единственной целью – добыть медвежью шкуру. Но сейчас, спустя много лет, я могу назвать точные координаты той самой деревушки, которая гостеприимно встретила меня и на все два года моей таежной жизни стала для меня основной базой. Именно отсюда уходил я в тайгу на поиски дальних, отхожих, как называли их местные жители, озер, здесь зимовал, сюда возвращался из тайги после охоты за куницей. Имя этой деревушки – Поржала. Административно она относилась с Каргопольскому району. хотя находилась в десяти километрах от границы Архангельской области в окружении Вологодских земель.

До ближайшего населенного пункта Архангельской области от Поржалы было двадцать пять километров, а до ближайшего поселения Вологодской области – около двадцати километров.

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах








×
×
  • Создать...